Владимир Скляр, инвестиционная группа «Ренессанс Капитал»: «Истерия по поводу атомной электроэнергетики временна, и через 5–10 лет она сойдет на нет»

Политические партии Бельгии пришли к соглашению относительно планов по закрытию двух действующих в стране АЭС («Доэль» и «Тианж»). Напомним, закон, принятый в Бельгии в 2003 году, предполагает постепенный отказ от атомной энергетики. По плану, три самых старых из семи бельгийских реакторов должны закрыть в 2015 году, а оставшиеся — к 2025 году. 

Владимир Скляр, аналитик инвестиционной группы «Ренессанс Капитал»:

В Европе были отказы от атомной электроэнергетики, в том числе и в Бельгии, другой вопрос, что в данный момент там принято решение только о консервации АЭС. То есть правительство позволяет себе мысль, что в будущем АЭС могут быть расконсервированы.

Бельгийские политики прекрасно понимают, что атомную энергетику надо чем-то замещать, и вряд ли они будут делать упор только на угольную или газовую генерацию. Если в Германии атомную электроэнергию сиюминутно заменяют импортной из Франции, Чехии, Польши и постепенно хотят увеличить долю угольной генерации, то в Бельгии на угольную генерацию упор будет сделать сложно, потому что источников угля там не так уж и много по сравнению с Германией. Сейчас популярна тема возобновляемых источников электроэнергетики, вероятно, в Бельгии станут активно вводить ветряные и солнечные электростанции, но для их использования необходим компенсационный тариф, который ляжет большим бременем на потребителей, и можно ожидать значительного роста цен на электроэнергию внутри страны. Соответственно, возникнет определенный момент, когда они будут сильно зависимы от импортной энергии, но постепенно бельгийцы станут эту ситуацию исправлять.

Очевидно, истерия по поводу атомной электроэнергетики временна, и через 5–10 лет она сойдет на нет, потому что фактически отказ от АЭС дает ограниченный выбор. Если речь идет об увеличении угольной генерации, то тут следует помнить, что Европейский союз взял на себя обязательства снизить выбросы парникового газа к 2020 году на 20% по сравнению с 1990-м, и активный ввод угольной генерации не позволит это сделать. Соответственно, возникает довольно сложная ситуация, так как партии, выступающие в защиту природы, имеют довольно большой вес на европейской политической арене. Если говорить об увеличении доли газовой генерации, то тогда придется открыто признавать еще большую зависимость от поставок энергоносителей из России — другой альтернативы пока не предвидится, — что тоже является существенным вопросом для всего ЕС.
Поэтому, как только воспоминания о трагедии на Фукусиме немного притупятся, следующие правительства опять станут поднимать вопрос об увеличении доли атомной электроэнергетики. В Чехии, например, объявили о планах постройки 15 новых энергоблоков в перспективе до 2030 года. В Польше также активно пытаются продвинуть тему постройки АЭс. Фактически есть правительства, которые уже сейчас понимают неизбежность зависимости от атомной электроэнергетики, и, соответственно, они займут ту нишу, которую освобождает Германия, Бельгия и другие отказывающиеся от АЭС страны.

Пока выбор бельгийского правительства — чисто популистская мера, которая не имеет долгосрочной перспективы, потому что сейчас, и референдумы это подтверждают, тема отказа от атомной электроэнергетики очень популярна, и европейские политики активно используют ее в своих предвыборных кампаниях и карьерном продвижении, но ни с экономической, ни с человеческой точки зрения атомная электроэнергетика не сравнима с любым другим видом электроэнергии.

Если посмотреть статистику, фактически на АЭС «Фукусима» погибли три человека (двое — в результате разрушения здания в момент землетрясения и один в ходе работ по ликвидации последствий аварии из-за сердечного приступа, причиной которого стали большие нагрузки при работе в защитном костюме — прим. ред.), а в Китае в угольных шахтах каждый день гибнут 17 человек. Кроме того, статистика ООН утверждает, что несколько десятков тысяч человек в год умирает из-за глобального потепления, которое является в том числе и результатом большой зависимости от угольной и газовой электроэнергетики.