27 сентября 2011

Леонид Большов о плане действий МАГАТЭ

Россия приступила к практической реализации разработанного МАГАТЭ Плана действий по повышению ядерной безопасности, заявил на минувшей неделе генеральный директор Госкорпорации "Росатом" Сергей Кириенко.

"Мы удовлетворены этим планом, поскольку в нём нашли отражение все базовые инициативы России", - отметил Кириенко.

По его словам, речь идет о корректировке конвенции об оповещении о ядерной аварии, которое должно быть обязательным и производиться в жёстко установленные сроки, во-вторых, о поправках к конвенции по ядерной безопасности, связанных с установлением обязательных требований, а также о доработке и совершенствование стандартов МАГАТЭ.

"Если МАГАТЭ в рамках повышения своих стандартов сегодня только выносит вопрос о том, что было бы правильно предусмотреть обязательные проверки с участием внешних экспертов, то мы это уже сделали", - сообщил гендиректор госкорпорации.

Ещё в апреле Россия, первой после аварии на АЭС "Фукусима" приняла на своих атомных станциях миссию Всемирной ассоциации организаций, эксплуатирующих АЭС, а сейчас также стартовала миссия ОSART.

Леонид Большов, директор Института проблем безопасного развития атомной энергетики (ИБРАЭ) РАН, член-корреспондент РАН, доктор физико-математических наук, профессор:

"Мы предложили ужесточить стандарты безопасности от имени президента Российской Федерации, сделав такое предложение мировому сообществу. Затем это предложение конкретизировал Сергей Кириенко в своих выступлениях и на встречах МАГАТЭ.

Мировое сообщество - ведущие развитые страны с солидной атомной энергетикой - посчитали, что сегодняшние стандарты безопасности и так достаточно хорошие, однако, по мнению большинства, необходимо гармонизировать эти законы, чтобы не было в одной стране так, а в другой иначе.

В этом смысле мы оказались застрельщиками - наше предложение было принято в несколько трансформированном виде. Работа по совершенствованию стандартов безопасности в плане их гармонизации, более обязательного характера того, что выработано мировым сообществом, сейчас реализуется.

Второй важный момент в этом плане, значимость которого выяснилась после Фукусимы, - это совершенствование действий по передаче технической информации во время аварии.

Поскольку все ядерные державы, все страны с солидными атомно-энергетическими программами, по той реакции, которую, я знаю, высказывали на встречах в МАГАТЭ, имели серьёзные замечания по поводу потока информации из Японии по состоянию станций, по принимаемым мерам особенно в первое самое критическое время. Плюс помощь из энергетически развитых стран японцы были не очень готовы принять.

Поэтому есть общее понимание, что нужно ужесточать требования по обмену информацией в первое время после аварии, регламентируя объём, качество и скорость передачи информации. Это было единодушно всеми поддержано. Работа в этом направлении тоже продолжается.

То, что мы выступили инициаторами этих модификаций, на мой взгляд, связано с тем, что самую крупную аварию на атомных станциях мы пережили последними. Все уроки аварии на Чернобыльской АЭС мы выучили основательно. Система, которую мы у себя создали, в общем учитывает весь опыт, накопленный не только мировым сообществом, но и тот, что был только у нас.

После Чернобыля нас обвиняли, что мы не усвоили урок Тримайл-Айленда. Но как показало время, японцы не выучили ни наш, ни американский уроки. Это важное осознание - уроки, полученные после аварии в какой-то одной стране, должны учить все.

Здесь уже не скажешь, что Япония - это малоразвитая страна или технология у них отсталая. Ситуация с Фукусимой - это ещё одно доказательство того, что все уроки нужно учить всем. Поэтому и была достаточно единодушная и положительная реакция на наши инициативы, которые оказались сопоставимы с инициативами самого секретариата МАГАТЭ и целого ряда западных стран. В этом смысле во всём мире идет движение в правильном направлении в сторону безопасности.

Роль России в обеспечении ядерной безопасности, повышения её уровня в мире после Чернобыля, когда мы открылись всем и стали со всеми взаимодействовать, достаточно велика. Это не первая наша инициатива по вопросам безопасности.

Причем мы абсолютно открыты для иностранных экспертов. Каких только экспертиз у нас не проводится - МАГАТЭ, ВАНО и т д. Политика в атомной отрасли сегодня такая, что каждая проверка приносит пользу. Свежим взглядом всегда лучше заметно то, что могло быть пропущено.

Сейчас в мировом сообществе все прекрасно понимают, что конкуренция есть конкуренция, но в области безопасности должна быть взаимопомощь, иначе всем будет плохо. У нас в стране высокомерие в области безопасности не приветствуется, но такое отношение, как показывает жизнь, есть не везде".