Участники панельной дискуссии «Новые материалы и химия. Редкие и редкоземельные металлы, наукоемкие технологии и индустрия будущего» на XIII Международном форуме технологического развития «Технопром-2026» назвали опережающее планирование одним из ключевых условий технологического лидерства: уже сегодня необходимо определять, какие материалы, компоненты и конечные продукты будут востребованы через пять–десять лет, и под этот спрос выстраивать научные исследования, технологии и новые производства. Практической площадкой для реализации такого подхода становится Ангаро-Енисейский кластер глубокой переработки цветных, редких и редкоземельных металлов.
В обсуждении приняли участие представители Минпромторга России, НИЦ «Курчатовский институт», Госкорпорации «Росатом», Ассоциации РМ и РЗМ, ведущих российских университетов и научных институтов, а также отраслевых компаний. Фонда «Ангаро-Енисейская Долина» представлял первый заместитель генерального директора Андрей Цемахович. Модераторами выступили заместитель директора по химическим и материаловедческим исследованиям и технологиям НИЦ «Курчатовский Институт» Михаил Бакрадзе и первый заместитель директора АО «Росатом Наука» Алексей Дуб.
В фокусе дискуссии оказались механизмы реализации национального проекта «Новые материалы и химия», развитие отрасли редких и редкоземельных металлов и формирование полных производственных цепочек.
Одной из ключевых тем дискуссии стал переход от решения текущих задач импортозамещения к опережающему формированию технологий и материалов для будущих рынков.
Заместитель директора Департамента химической промышленности Минпромторга России Алексей Артемьев отметил, что за время реализации национального проекта поддержку получили более 30 крупных проектов. Действующий инструментарий охватывает НИОКР, инжиниринг, льготное финансирование и создание центров инженерных разработок. При этом критическим условием для поддержки технологических проектов становится наличие квалифицированного заказчика, способного сформулировать требования к будущему продукту и обеспечить понятный спрос на него.
По словам Алексея Артемьева, существующие инструменты уже позволяют достаточно эффективно решать задачи технологической независимости — создавать известный рынку материал или химический продукт для существующего потребителя. Однако технологическое лидерство требует иной логики планирования.
«Технологическое лидерство достигается все-таки не за счет материалов, которыми мы располагаем сегодня. Нам необходимо вместе с материаловедческим сообществом и головными заказчиками выстроить сквозную систему планирования и понимать, какие материалы потребуются через пять, через десять лет. Чтобы совместно с Минобрнауки уже на уровне фундаментальных исследований, а мы — в части прикладных разработок, своевременно запускали соответствующие работы и поддерживали направления, которые должны дать результат в будущем», — отметил Алексей Артемьев.
Такой подход предполагает, что требования к материалам будущего должны формироваться исходя из развития конечных отраслей и продуктов, а научные и технологические работы — начинаться заранее, задолго до появления массового рынка.
В этой логике первый заместитель генерального директора Фонда «Ангаро-Енисейская Долина» Андрей Цемахович представил создаваемый Ангаро-Енисейский кластер глубокой переработки цветных, редких и редкоземельных металлов как интеграционную площадку, призванную соединить сырьевую базу, научные разработки, технологический инжиниринг, инвестиции и будущее производство.
По приведенным им данным, Россия занимает второе место в мире по балансовым запасам редкоземельных металлов, однако ее доля в мировой добыче составляет менее 1%. Разделительных производств внутри страны категорически не хватает
«Около 90% внутренней потребности в продукции разделительных производств в сфере критических металлов в России покрывается импортом. То есть минеральные ресурсы в стране есть, но производственной цепочки добычи и переработки нет. Именно это противоречие призван устранить создаваемый Ангаро-Енисейский кластер», — отметил Андрей Цемахович.
При этом он подчеркнул, стоящая перед проектом задача значительно шире создания отдельных добывающих или перерабатывающих мощностей: кластер призван объединить предприятия и площадки с различными преференциальными режимами и создать условия для эффективной работы всего цикла — от разработки технологий до масштабного выпуска продукции.
Работа по формированию кластера ведется при поддержке Правительства России и в координации с федеральными органами власти, регионами и промышленными партнерами. ИНТЦ «Ангаро-Енисейская Долина» выступает его научно-технологическим ядром. Определен круг перспективных месторождений, которые должны стать основой для выстраивания технологических цепочек, сформирована управленческая команда, запущены приоритетные инвестиционные проекты первой очереди объемом порядка 160 млрд рублей. В рамках их реализации планируется создать около 2,6 тыс. рабочих мест.
Приоритеты кластера охватывают технологии извлечения, разделения и получения высокочистых редких и редкоземельных металлов и их соединений, системы накопления энергии и компоненты для электродвижения, промышленную робототехнику и автоматизацию, химическое машиностроение, порошковую металлургию и новые материалы, в том числе для аддитивных технологий.
«Ангаро-Енисейский кластер уже сегодня является уникальной инфраструктурой для создания инновационных технологических решений и их опытно-промышленных испытаний в условиях реального производства. У кластера уже более 14 индустриальных партнеров, в проработке находится порядка 30 инвестиционных проектов. Основная задача сегодняшнего выступления — приглашение инвесторов, исследовательских центров, индустриальных предприятий к партнерству», — подчеркнул Андрей Цемахович.
Одним из ключевых вопросов дискуссии стал сам переход от научного результата к промышленной технологии.
Заместитель начальника аналитического отдела Инжинирингового химико-технологического центра Алексей Осипов отметил, что лабораторная апробация дает ответ только на вопрос о принципиальной возможности получения необходимого вещества. При масштабировании возникают другие требования: продукт должен соответствовать квалификации потребителя, обладать стабильными характеристиками от партии к партии и иметь понятный рынок.
По его словам, для этого необходимо формировать устойчивую модель взаимодействия «от промышленного запроса до устойчивой технологии», в которой научная организация, инжиниринговый центр и заказчик работают над проектом совместно уже на ранних стадиях.
Особенно важен такой подход для редких и редкоземельных металлов, поскольку добыча элемента сама по себе еще не означает решения задачи конечного потребителя.
Заместитель директора Института катализа им. Г.К. Борескова СО РАН Дмитрий Потемкин показал это на примере катализаторной отрасли. Для производства катализаторов используется более 40 металлов, однако потребление отдельных компонентов может измеряться десятками тонн, единицами тонн и даже сотнями килограммов в год. Кроме того, промышленности часто требуются не сами металлы, а конкретные соли, гидроксиды и другие соединения определенной чистоты. Это формирует дополнительные переделы между добычей сырья и конечным промышленным применением.
По оценке Потемкина, вопрос локализации таких производств не сводится только к наличию технологии. Небольшой внутренний рынок может делать российский продукт дороже массового импорта, поэтому развитие критически важных производств требует учета экономики всей цепочки и соответствующих механизмов поддержки.
Промышленный взгляд на ту же проблему представил генеральный директор ПАО «Соликамский магниевый завод», председатель Ассоциации РМ и РЗМ Руслан Димухамедов. Он предложил оценивать технологическое лидерство прежде всего по способности довести разработку до серийного продукта и рынка.
«Для нас ключевая задача — это, конечно, доведение до серийности, до выпуска. Если мы считаем горизонт пять-десять лет, то что будет востребовано через пять-десять лет, то и надо сейчас начинать создавать под рынок», — сказал Руслан Димухамедов.
К долгосрочным драйверам промышленного спроса он отнес возобновляемую энергетику, роботизацию и искусственный интеллект. Для России роботизация приобретает особое значение в условиях кадрового дефицита на удаленных территориях, а технологии искусственного интеллекта — как инструмент повышения производительности процессов. Под эти тенденции, по мнению Руслана Димухамедова, уже сегодня необходимо формировать инвестиционные проекты, используя в том числе инструменты кластерной поддержки.
Еще один принципиальный тезис его выступления — необходимость планировать не отдельный технологический передел, а всю цепочку вплоть до конкретного конечного продукта.
«Мы можем довести разделенные РЗМ до магнитов, а из магнитов можем сделать роботизированные комплексы. Но если мы хотим делать магниты, то все — от геолога до разработчика роботизированных комплексов или беспилотников — должны четко понимать, какой именно магнит нужен. Пока мы не научимся все вместе понимать эти детали, мы не сможем формировать ту самую сквозную технологическую цепочку и не сможем быть интересны за рубежом», — отметил Руслан Димухамедов.
Отдельно он обратил внимание на экспортный потенциал: конкурентоспособность возникает не тогда, когда страна располагает отдельной технологией, а когда способна предложить комплексное промышленное решение. Вместе с технологией производства конечного продукта необходимы оборудование, собственная компонентная база и вспомогательные материалы. Применительно к разделению РЗМ это, например, означает необходимость развивать не только сам процесс, но и отечественные экстрагенты либо технологии их производства.
Тему комплексного проектирования продолжило выступление Егора Данилова, посвященное новым композиционным материалам. По его словам, перспективные проекты целесообразно изначально прорабатывать по всей цепочке: от исходного сырья и полупродукта до НИОКР по конечному материалу, оценки капитальных вложений в промышленное производство и будущего объема потребления. Такой подход позволяет связать научную работу с экономикой будущего проекта еще до перехода к масштабным инвестициям.
Еще одним инструментом поддержки процесса разработки новых технологий являются цифровые модели. Старший менеджер ООО «СИБУР-Инновации» Данила Кудин рассказал, что компания использует инструменты технологического моделирования в процессе масштабирования собственных разработок, начиная со стадии модельных установок вплоть до выхода коммерческой мощности на проектные показатели работы. На более высоких уровнях технологической готовности модели «тройного подобия», включающие термодинамику, кинетику и гидродинамику, позволяют до закупки оборудования проверить будущие параметры промышленной установки и сопровождать пусконаладочные работы. Инструмент оценки запаса производительности позволяет оценить потенциал дальнейшего увеличения мощности установок после выхода на проектный режим.
Результаты расчетов затем используются в инвестиционных моделях, что позволяет заранее сопоставлять различные сценарии увеличения мощности и необходимые для них капитальные и операционные затраты.
Отдельный блок дискуссии был посвящен взаимодействию науки, университетов и промышленности.
Проректор по научной работе и инновациям ТУСУР Сергей Куксенко привел примеры проектов, в которых университетские разработки проходят апробацию непосредственно у потенциальных промышленных потребителей: от нанопорошков и материалов для микроэлектроники до теплозащитных покрытий для газотурбинных двигателей. При этом одним из сохраняющихся ограничений он назвал качество отдельных видов отечественной химической продукции: наличие российского аналога еще не всегда означает возможность его использования в конкретном высокотехнологичном изделии.
И.о. ректора Ижевского государственного технического университета имени М.Т. Калашникова Михаил Писарев связал достижение технологического лидерства с подготовкой специалистов, способных работать одновременно с фундаментальной наукой и реальными задачами производства.
Представленная им модель обучения сочетает фундаментальную химическую подготовку с проектной работой и практикой непосредственно на площадках индустриальных партнеров. При этом сами предприятия формируют достаточно специализированный спрос на специалистов разных профилей, поэтому университету приходится объединять эти запросы в более широкую систему подготовки инженеров, способных решать различные прикладные задачи, фокусируя компетентностный профиль выпускников через практико-ориентированную проектную деятельность.
Подводя итоги, Михаил Бакрадзе отметил, что сквозной темой практически всех выступлений стала необходимость соединения фундаментальных знаний с прикладной инженерией и требованиями конкретного производства. Новые материалы должны разрабатываться под заданный продукт, требуемые характеристики и экономику его выпуска, а наука и промышленность — работать в едином контуре.
Таким образом, участники сессии фактически обозначили следующий этап развития отрасли: от замещения отдельных импортных продуктов — к опережающему проектированию полных производственных цепочек под будущий спрос. Научная задача, сырье, технология, оборудование, инвестиционная модель, подготовка кадров и конечный рынок в такой системе должны формироваться не изолированно, а вокруг конкретного продукта.
Именно эту логику должен реализовать Ангаро-Енисейский кластер, соединяя значительную сырьевую базу Сибири с научными и инженерными компетенциями, промышленными партнерами и инвестиционными проектами и обеспечивая переход от разработки технологии к ее испытанию, масштабированию и серийному производству.
