За несколько десятков лет человечество успело оставить негативные следы на территории Арктики. Так, многие места в Арктике являются ничем иным, как свалкой радиоактивных отходов – во многом это результат советского ядерного наследия. Сейчас ситуация несколько налаживается.
Когда-то, в эпоху освоения Америк, был популярным клич «Westward ho!», в смысле «Эй, все на Запад!». Похоже, теперь таким же популярным становится менее произносимый, но на сегодняшний день куда более важный слоган – «Arctward ho!». Арктика из экзотического, но никому не нужного ледяного ада вдруг оказалась подземной, то есть подледной, сокровищницей, за которую не грех и побороться, хоть сокровища эти, углеводороды, пока еще и непонятно, как из нее извлекать. Ситуация здесь постоянно нагревается и со временем может даже дойти до такого состояния, когда люди заменят слово «освоение» в отношении Арктики словом «завоевание», причем в смысле самом буквальном.
Баталии сегодня идут, слава богу, чисто дипломатические, но одновременно народ вспомнил, спасибо «зеленым», что Арктика в антропогенном смысле изрядно замусорена, и с этим следует что-то делать.
Если в старые времена было мелкой, но интересной сенсацией обнаружение в арктических льдах примесей противоклопового ДДТ, то сегодня разговор уже идет о более серьезных и более опасных загрязнениях, например, нефтяных. По экспертным оценкам, ежегодный антропогенный сброс углеводородов составляет 1,3 миллиона тонн, хотя сами же эксперты предупреждают, что из-за множественности источников и незаинтересованности виновников сброса нефти в точной статистике, эта цифра может сильно гулять в обе стороны. Во всяком случае, на этот счет сегодня что-то или предпринимается или, во всяком случае, декларируется. Так, пару лет назад наше правительство объявило одним из арктических приоритетов нефтяную очистку Арктики.
Что это значит, не очень ясно, поскольку технологий очистки вод от подледной нефти пока нигде в мире не существует, но хотя бы обнародовано намерение.
Куда более серьезным видится радиоактивное загрязнение арктических вод – в частности, за счет Кольского полуострова. Здесь уже наблюдаются не намерения, а весьма активные действия. И как раз вовремя.
До того, как в 1998-м году ядерные отходы и отслужившие свое атомные подводные лодки были переданы от Севморфлота Минатому (теперь «Росатом») для утилизации, ситуация выглядела ужасной. Поселок Гремиха, Сайда-губа, губа Андреева, где все это концетрировалось, были самыми настоящими свалками радиоактивных отходов. В одной только губе Андреева находились 122 АПЛ (причем несколько десятков из них затонуло), из них 105 с невыгруженными активными зонами, 21 тысяча сборок с топливом, 17 тысяч тонн твердых и две тысячи тонн жидких радиоактивных отходов.
Все это чаще всего было свалено «как дрова» и огорожено от непрошенных визитеров обычными колышками.
Моряки утверждают, что они делали все, что могли, причем по высшему разряду, министерские чиновники имеют другое мнение, важно лишь одно – к концу двадцатого века Кольский полуостров был как для его жителей, так и для соседних стран настоящим радиоактивным пугалом.
Сейчас ситуация налаживается.
В конце прошлого года Контрольно-экспертная группа Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) недавно собралась в городке Больстен под Стокгольмом (в 25-й раз она собиралась по этому поводу!) и, наконец, признала Кольский полуостров не вызывающим радиационной опасности.
Вначале все шло ни шатко, ни валко, то есть по Войновичу – мы живем неплохо, но все хуже и хуже. «Маяк», куда с полуострова отправлялись отходы, перешел на рыночные отношения и потребовал стопроцентной предоплаты.
Денег у министерства не хватало ни на это, ни на что-либо другое. И тут помогла всерьез обеспокоенная заграница.
Как заявил руководитель Северо-западного по обращению с радиоактивными отходами СевРАО Валерий Пантелеев, «Все, что делается в Сайде и Гремихе – делается за счет международного сотрудничества с Германией, Италией, Францией, Норвегией, Францией, Швецией, Великобританией и Европейского банка реконструкции и развития». Сейчас там строится комплекс на 180 реакторных отсеков АПЛ, надводных кораблей, атомных ледоколов плюс сто тысяч кубометров радиоактивных отходов. 47 реакторных отсеков уже поставлены на хранение.
В Андреевской губе – аналогичная ситуация. Территория, которая раньше выглядела так, «будто ее бомбили», начинает принимать человеческий вид. Радиоактивный мусор уже убран в контейнеры, повышенный радиоактивный фон остался только в хранилищах. Радиоактивные отходы, которые можно переработать, регулярно отправляются на «Маяк», а «мусор», который уже невозможно использовать, предполагается вывозить для окончательной утилизации в Сайду, – все это в основном за германские деньги.