21 декабря 2012

Проблемные вопросы реабилитации бывших урановых производств

Atomic-Energy.ru
Современный вид территорий, где раньше были расположены отвалы обедненных руд и хвостохранилища предприятия «Висмут» (фотографии Ch.Kunze, Wisutek, Germany)

В странах бывшего Советского Союза (Казахстане, Кыргызстане, России, Таджикистане, Узбекистане и Украине), где расположены бывшие урановые производства (шахты, рудники, промышленные площадки горно-химических комбинатов и гидрометаллургических заводов, хвостохранилища и т.д.), актуальными являются проблемы приведения таких объектов в экологически безопасное состояние.

Указанные страны имеют общую историю развития производств по добыче и переработке урана, проблемы несовершенства регуляторного обеспечения и неопределенности в обосновании реабилитационных проектов. Здесь также ощущается недостаток финансовых ресурсов для осуществления долговременных реабилитационных программ, а также опыта планирования и управления проектами восстановления окружающей среды в районах размещения бывших урановых производств.

В последние годы активно развивались программы международного технического сотрудничества МАГАТЭ (проекты RER/0986 и RER/3010), ПРООН, ЕврАзЭС и другие, нацеленные на помощь в осуществлении будущих реабилитационных проектов. Одновременно осуществляются или планируются мероприятия в рамках программ Всемирного Банка (Майлуу-Суу, Кыргызстан), МНТЦ (Каджи-Сай, Кыргызстан), ОБСЕ (Табошар, Таджикистан), ТАСИС (Лермонтов, РФ). Анализ показывает, что эффективность их выполнения во многом зависит от готовности выполнять реабилитационные проекты в соответствии с международными стандартами.

Практика стран Европейского Союза

В международной практике под реабилитацией окружающей среды  в районах размещения бывших урановых производств подразумевается не только очистка промплощадок бывших производств, создание грунтовых покрытий отвалов обедненных руд или хвостохранилищ, разборка загрязненных зданий, дезактивация оборудования или просто ограждение таких территорий. Реабилитация (восстановление), так же, как и ремедиация (снижение рисков и доз облучения) – длительный процесс социально оправданного возвращения загрязненных территорий в полезное использование и общественно приемлемое эстетическое состояние.

В странах ЕС все реабилитационные проекты предполагали хотя бы частичное восстановление ландшафтов на месте бывших урановых производств до общественно приемлемого уровня комфортности проживания населения на прилегающих территориях. Например, при реабилитации объектов предприятия «Висмут» в Германии стояла задача не только привести в безопасное состояние места складирования отходов уранового производства, закрытие старых шахт и очистка территорий, но и практически полного восстановления всех техногенно нарушенных ландшафтов. Сегодня эта программа, начатая в 1990 году, практически завершена. В нее было вложено, по разным оценкам, €3-5 млрд, причем значительная доля средств потрачена на социальные выплаты и восстановление эстетики окружающей среды, гармонично вписывающейся в ландшафт прилегающих территорий (рис.1).

Подобных примеров много. Во всех случаях планирование стратегий восстановления начиналось с политического решения и диалога с обществом, определялись конечный результат и критерии достижения конечных целей реабилитации, которые законодательно закреплялись на уровне местных и государственных органов власти. Затем принимались решения, позволяющие обеспечить устойчивое финансирование программ, устанавливалась ответственность регуляторов и операторов за их реализацию.  Далее начинался процесс поиска путей  для достижения цели.

На подготовительном этапе проводились детальные оценки безопасности объектов, разрабатывались критерии и требования к процедурам и исполнителям работ. Оптимальные варианты инженерных решений выбирались, исходя из приоритетов по результатам анализа данных мониторинга и оценок безопасности, включая элементы технико-экономических обоснований (ТЕО) для каждого варианта выбранной стратегии и оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС). Проекты подвергались многоступенчатому согласованию и утверждению – и только после этого начиналась реализации инженерных мероприятий. Параллельно функционировали службы мониторинга окружающей среды, технического и регулирующего надзора, разрабатывались процедуры и механизмы институционального контроля.

Все это позволило избежать стратегических и технических ошибок при проектировании и строительстве защитных сооружений. Такое планирование требовало много времени и затрат, однако позволило экономить миллионы долларов на этапе строительства и при осуществлении институционального контроля в течение длительного гарантийного периода функциональности защитных мероприятий на сотни и даже тысячи лет, исходя из специфики длительного существования активности 226Ra и других радионуклидов, составляющих основу «остатков» урановых производств.  

Другие, не столь масштабные проекты реабилитации бывших урановых производств в странах ЕС имели также высокую стоимость (с учетом социальных мероприятий возвращения земель в эффективное использование) и оценивается в суммы от нескольких десятков до сотен миллионов долларов США. Существенные отличия в стоимости программ определяются лишь планируемым конечным состоянием и уровнем социальной приемлемости ожидаемого результата реабилитации. Поэтому подготовительному этапу и планированию работ уделялось большое внимание. 

СНГ: необходимость стратегий долговременной реабилитации

Ограниченные экономические возможности стран значительно влияют на выбор вариантов реабилитации. Как правило, в этом случае критерии конечного состояния урановых объектов подразумевают  обеспечение минимального уровня приемлемой безопасности на определенный период. А дополнительные меры, обеспечивающие долговременные гарантии устойчивости защитных сооружений и восстановление природных ландшафтов до социально приемлемых эстетических стандартов, откладываются на неопределенное будущее из-за требуемых более значительных затрат и сроков выполнения проектов.

В таких условиях целесообразно разработать общие подходы к обоснованию временных мероприятий, которые, тем не менее, должны гарантировать состояние безопасности объектов на несколько десятков лет и быть регламентированы определенными требованиями гарантии качества работ. Дополнительные восстановительные мероприятия могут быть выполнены позже, но такая отсрочка должна быть согласована с регуляторами, местными органами власти и общественностью, чтобы гарантировать завершение полной реабилитации в будущем. При этом временный статус состояния объектов все равно потребует ежегодных затрат на обслуживание, ремонтные работы защитных сооружений и институциональный контроль.

Даже при ограниченном финансировании разумно разрабатывать комплексную стратегию долговременной реабилитации урановых объектов, поскольку долгоживущие радионуклиды, находящиеся, как правило, в хвостохранилищах и отвалах, обуславливают их длительную потенциальную опасность на период от нескольких сотен до тысячи лет. К сожалению, принципы обеспечения долговременных гарантий безопасности и восстановления окружающей среды при планировании многих реабилитационных программ на Украине, в Таджикистане, Кыргызстане или Казахстане не были определяющими. В большинстве случаев предусматривалась лишь выполнение первоочередных мероприятий.

В ряде случаев желание как можно быстрее получить видимый результат без достаточного обоснования мер безопасности (срезались загрязненные трубопроводы, засыпались открытые поверхности хвостохранилищ и т.д,) на практике, оказывалось недальновидным и даже ошибочным решением. Если работы не сопровождались продуманной стратегией и планом очередности решения задач, а также параллельными подготовительными мероприятиями и созданием соответствующей инфраструктуры, это вело лишь к неэффективному расходованию средств и дальнейшим трудностям. Типичными являются случаи, когда работы начинались без достаточного обоснования стратегии решения проблемы в целом или, когда на одной и той же промплощадке отдельные проекты разрабатывались разными организациями и не были гармонизированы между собой в соответствии с регуляторными или процедурными требованиями.

Иногда временные покрытия хвостохранилищ приходилось восстанавливать уже через несколько лет, поскольку они создавались без надлежащих противоэрозионных и противооползневых мероприятий, а сами покрытия не имели противофильтрационных слоев и биологической защиты от роющих животных и корней растительности.  Известны случаи, когда после разборки зданий и оборудования в течение многих лет не удавалось дезактивировать и утилизировать  разобранные металлические конструкции; они хранились на временных площадках, являясь открытыми источниками облучения; не уделялось должного внимания прогнозированию долговременных рисков загрязнения окружающей среды радионуклидами и химическими загрязнителями и т.д. Подобные проблемы имели место и на начальном этапе реализации программ реабилитации бывших урановых производств в Украине.

В Казахстане в рамках осуществления государственной программы реабилитации бывших урановых рудников (2001-2010 годы) был выполнен большой объем инженерно-технических работ. Однако оказалось, что тампонаж устьев урановых шахт не решил проблему их подтопления подземными водами и поступления сильно загрязненных вод на поверхность. В ряде случаев покрытия отвалов не обеспечивают защиту от водной эрозии, поскольку не были завершены фитостабилизационные мероприятия. Проблемы реабилитации хвостохранилищ мокрого типа, когда отходы сбрасывались в озера, пока остается вовсе не решенными.  Ограждение объектов колючей проволокой не стало действенным барьером для проникновения на них местных жителей в поисках металлолома, поскольку с ними не ведется диалог, их не учат, как приспособиться к безопасному долговременному проживанию рядом с опасными для их здоровья территориями. Кроме того, специализированное предприятие «Уранликвидрудник» было создано только на период реализации программы по реабилитации и теперь рассматриваются варианты его ликвидации. Между тем оно может принести большую пользу в дальнейшем, когда необходимо будет осуществлять мониторинг, технический надзор за состоянием барьеров безопасности, и, при необходимости, выполнять ремонтные мероприятия.

Роль участников реабилитационного процесса

Мировой опыт свидетельствует, что успешное выполнение крупных реабилитационных проектов возможно, только тогда, когда все участники процесса ясно понимают свою роль, а их функции и последовательность реализации программы определены и четко выполняются.

Государство должно законодательно обеспечить источники устойчивого финансирования и эффективные механизмы управления и целевого использования ресурсов, определить сферы ответственности регулирующих органов и действенные механизмы привлечения общественности к работам по определению конечного состояния  и оценке эффективности проектов.

В таблице приводится последовательность типичных действий оператора и регулирующего органа на этапе планирования и выполнения программ реабилитации бывших урановых производств в соответствии с международным опытом успешно выполненных проектов.

ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ ПЛАНИРОВАНИЯ И ВЫПОЛНЕНИЯ ПРОГРАММ

Регулятор: Совместно с оператором участвует в обсуждении проблемы и подготовке политического решения о необходимости проведения реабилитационных мероприятий.
Оператор: Устанавливает стратегию долговременного использования площадки после реабилитации, а также прилегающих территорий. Согласовывает стратегию с местными органами власти, общественностью, заинтересованными сторонами и регуляторами.
Регулятор: Оценивает соответствие предлагаемой стратегии действующим законодательным и регуляторным нормам. Согласовывает или направляет документ на доработку.
Оператор: При необходимости дорабатывает документ и подает его на повторное согласование
Регулятор: Устанавливает критерии достижения цели – радиологические и экологические (дозовые ограничения, контрольные уровни загрязнения и т.д.).
Оператор: Отрабатывает процедуры достижения консенсуса для согласования конечного состояния объекта.
Регулятор: Устанавливает лицензионные условия для эффективного выполнения мероприятий, в том числе требования по обеспечению безопасности, мониторингу окружающей среды, надзору за состоянием объектов и качеству работ.
Оператор: Получает лицензию на выполнение работ. Определяет ответственного подрядчика. Разрабатывает программу работ и детальный график выполнения различных задач и этапов.
Регулятор: Согласовывает программу выполнения работ и этапы ее финансирования
Оператор: Организовывает тендеры для исполнителей программы и процедуры контроля за выполнением и качеством работ.
Разрабатывает концептуальный проект (схему) мероприятий, ТЕО, отчет по безопасности, ОВОС, проектные решения, инженерные мероприятия, программы объектового мониторинга в соответствии с приоритетными путями облучения и воздействия на окружающую среду
Осуществляет программы мониторинга и инвентаризации объектов, оценку безопасности объектов; разрабатывает стратегии реабилитации.
Представляет детальный план приоритетных мероприятий для согласования с регуляторами и местными органами власти.
Выполняет оценку стоимости мероприятий и процедуры сопровождения работ.
Регулятор: Согласовывает план реабилитационных мероприятий.
Оператор: Выполняет программу организационных и инженерных мероприятий.
Регулятор: Обеспечивает регуляторный надзор за результатами и эффективностью выполнения программы.
Оператор: Разрабатывает и предлагает процедуры долговременного институционального  контроля на постреабилитационный период.
Регулятор: Согласовывает и корректирует планы долговременного технического надзора и институционального (в том числе регуляторного) контроля.
Оператор: Осуществляет программу долговременного технического надзора за состоянием инженерных объектов и безопасностью объекта для окружающей среды и населения.
Институциональный контроль осуществляется совместно оператором и регулятором на всех этапах (планирование, проектирование, выполнение работ, постреабилитационный период).

Критерии реабилитации

Выполнить задачи, поставленные в программе реабилитации, можно только при условии, что на начальном этапе будут четко установлены дозовые и экологические критерии конечного состояния территорий и объектов после завершения мероприятий. Однако в большинстве из стран СНГ, где начались или планируются реабилитационные проекты, эта задача пока не решена.

На Украине, в России и странах Центральной Азии до сих пор основным документом по планированию и осуществлению рекультивации бывших урановых производств остаются «Санитарные правила по ликвидации, консервации и перепрофилированию бывших урановых производств» (СП-ЛКП-91) или их модификации, которые содержат многие рекомендации, критерии и требования, не соответствующие современным международным стандартам. Кроме того, после выпуска в 2007 году очередных рекомендаций Международной комиссии по радиационной защите (МКРЗ-103), а также ряда документов МАГАТЭ по осуществлению реабилитационных мероприятий, стало очевидным, что критерии не могут быть универсальными.

Целевое конечное состояние объекта после реабилитации должно устанавливаться в соответствии с экономическими возможностями и социальными ожиданиями общества. И чем ниже будут критерии дозовых ограничений, тем дороже будут стоить работы по их достижению.

В настоящее с помощью проектов МАГАТЭ, двухстороннего сотрудничества с Норвегией, Швецией и США в Украине, Российской Федерации, странах Центральной Азии предпринимаются меры по гармонизации и усовершенствованию регуляторных требований и критериев, направленных на поддержку подготовительного этапа планирования и осуществления реабилитационных программ. Тем не менее, пока этот процесс продвигается очень медленно. Те же проблемы сдерживают эффективное выполнение Государственной программы по приведению в безопасное состояние объектов уранового производства бывшего ПО «ПХЗ» («Приднепровский химический завод») на Украине, первая фаза которого рассчитана на 2010-2014 годы.

Пока существуют неопределенности в определении критериев безопасности, которые должны быть достигнуты (радиологические и экологические). Соответственно, конечное состояние программы реабилитации будет зависеть от дальнейшего использования промплощадки бывшего ПО «ПХЗ» и прилегающих к ней территорий города Днепродзержинска. Рассматриваются несколько сценариев: сохранение существующей деятельности на промплощадке с частичным использованием ее территории для длительного складирования отходов уранового производства с реабилитацией лишь прилегающих территорий города; консервация отходов на месте с частичным освобождением данной территории от регулирующего контроля, что позволит создать условия для сохранения и развития на промплощадке производств, которые не связаны с «урановой» инфраструктурой; полная очистка площадки и прилегающих территорий (ландшафтный парк) и вывоз отходов в специально подготовленные хвостохранилища. 

Дозовые ограничения для различных категорий персонала предприятий, которые должны быть обеспечены на этой площадке, должны устанавливаться регулятором в зависимости от предполагаемой стратегии использования данной промплощадки. Помимо этого, критерии безопасности для прилегающих территорий должны быть установлены с учетом возможных вариантов их дальнейшего социально значимого использования. Категоризация отходов должна быть адаптирована для материалов бывших урановых производств с учетом рекомендаций МАГАТЭ (IAEA RS-G-1.7).

Необходимо также установить контрольные уровни загрязнения окружающей среды на границах санитарно-защитной зоны или для самих реабилитируемых объектов (например, на поверхности покрытий хвостохранилища). Разрабатываются контрольные уровни для мощности экспозиционной дозы γ-излучения, объемной  концентрации 222Rn в бывших производственных помещениях, эксхаляции радона с поверхности хвостохранилищ, содержания 238U, 234U, 230Th, 226Ra, 210Po, 210Pb в почве и аэрозолях, поверхностных и подземных водах, продуктах питания.

Дополнительно должны быть усовершенствованы: порядок лицензирования видов деятельности, связанной с реабилитационными мероприятиями; требования к содержанию и структуре технических паспортов бывших урановых объектов; порядок и процедуры планирования мероприятий; процедуры оценки безопасности; требования к структуре и содержанию ТЕО, ОВОС, а также структуре проектных обоснований; порядок проведения мероприятий по техническому надзору на объектах; требования и рекомендации к проведению программ мониторинга окружающей среды и инспекций, обеспечению качества работ, управлению данными и отчетности. Подобные недостатки регуляторного обеспечения являются типичными и для других стран СНГ, поэтому разумно гармонизировать и ускорить их разработку.

***
В настоящее время на Украине разрабатывается рамочный документ «Требования и условия безопасности при выведении из эксплуатации урановых объектов в результате их ликвидации, консервации или перепрофилирования», структура и содержание которого соответствует международным стандартам. Подобные документы создаются и в РФ, поэтому целесообразно гармонизировать общие принципы и помочь разработать подобные документы для других стран СНГ, которые столкнулись с необходимостью решения подобных проблем.

Крайне актуальным также является международное сотрудничество. Оно должно развиваться на уровне как экспертов, так и менеджеров и регулирующих органов, охватывать широкий круг вопросов и обмен опытом по планированию проектов, используя лучшие образцы мировой практики. Для этого разумно использовать инструменты программ регионального технического сотрудничества МАГАТЭ, а также информационной сети программы ENVIRONET. В центре внимания должны стоять вопросы повышения квалификации специалистов по управлению и планированию реабилитационных проектов, а также современных методов обеспечения безопасности и технической реализации программ долговременной реабилитации бывших урановых производств. 

Автор - О.В. ВОЙЦЕХОВИЧ (Украинский научно-исследовательский гидрометеорологический институт)